Так, Джонсон настаивает, что Джонсон это его имя, данное при крещении, а вместо того чтобы назвать фамилию своих предков, произносит национальное «черт!»...
Природа: Ни хлебные поля, ни отзвук золотой Пастушеских рогов, ни утренней порой Заря, ни красота печального захода. Смешно ..
Где-то она, конечно, есть; у меня целая огромная библиотека, которая где-то есть. Книга относится к тем удивительным предметам, которые обычно в..
Смотрите также:
К юбилею Уайльда в Лондоне был открыт памятник писателю. 30 ноября 2000
Оскар Уайльд - ''принц парадоксов''
Александр Аникст. Оскар Уайльд и его драматургия
Взгляды О. Уайльда на искусство
Жизнь и творчество Оскара Уайльда
Идеи Ницще в романе Оскара Уайльда Портрет Дориана Грея
Эстетическая теория Оскара Уайльда и ее воплощение в романе «Портрет Дориана Грея»
Вы читаете «Портрет Дориана Грея», страница 1 (прочитано 0%)
«The Canterville Ghost», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Веер леди Уиндермир», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Герцогиня Падуанская», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Женщина не стоящая внимания», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Звездный Мальчик», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Идеальный муж», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Кентервильское привидение», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Мальчик и Великан», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Молодой король», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Настоящий друг», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Необыкновенная история, случившаяся с патроном для фейерверка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Роман
Перевод с англ. М.Абкина
ПРЕДИСЛОВИЕ
Художник -- тот, кто создает прекрасное.
Раскрыть людям себя и скрыть художника -- вот к чему стремится
искусство.
Критик -- это тот, кто способен в новой форме или новыми средствами
передать свое впечатление от прекрасного.
Высшая, как и низшая, форма критики -- один из видов автобиографии.
Те, кто в прекрасном находят дурное, -- люди испорченные, и притом
испорченность не делает их привлекательными. Это большой грех.
Те, кто способны узреть в прекрасном его высокий смысл, -- люди
культурные. Они не безнадежны.
Но избранник -- тот, кто в прекрасном видит лишь одно: Красоту.
Нет книг нравственных или безнравственных. Есть книги хорошо написанные
или написанные плохо. Вот и все.
Ненависть девятнадцатого века к Реализму -- это ярость Калибана,
увидевшего себя в зеркале.
Ненависть девятнадцатого века к Романтизму -- это ярость Калибана, не
находящего в зеркале своего отражения.
Для художника нравственная жизнь человека -- лишь одна из тем его
творчества. Этика же искусствав совершенном при- менении несовершенных
средств.
Художник не стремится что-то доказывать. Доказать можно даже
неоспоримые истины.
Художник не моралист. Подобная склонность художника рождает
непростительную манерность стиля.
Не приписывайте художнику нездоровых тенденций: ему дозволено
изображать все.
Мысль и Слово для художника -- средства Искусства.
Порок и Добродетель -- материал для его творчества.
Если говорить о форме, -- прообразом всех искусств является искусство
музыканта. Если говорить о чувстве -- искусство актера.
Во всяком искусстве есть то, что лежит на поверхности, и символ.
Кто пытается проникнуть глубже поверхности, тот идет на риск.
И кто раскрывает символ, идет на риск.
В сущности, Искусство -- зеркало, отражающее того, кто в него
смотрится, а вовсе не жизнь.
Если произведение искусства вызывает споры, -- значит, в нем есть нечто
новое, сложное и значительное.
Пусть критики расходятся во мнениях, -- художник остается верен себе.
Тем временем:
... Глупо было бы думать, что она
ничего не чувствует. Она просто не хочет казаться слишком развязной. Ее
сдержанность -- не более, чем осторожность, понятная, и даже достойная
похвалы. Она не хочет связать себя с ним преждевременно... да, дело именно в
этом. Она невинна, как нераскрытый бутон, робка, как луноцвет, скромна, как
сердце в глубине листвы...
... и чиста как звезда в небе, подумал Фропом. Так же чиста, так же
далека. Он вглядывался в новую яркую звезду в небе, пытаясь убедить себя,
что Она может ответить ему взаимностью.
Звезда сдвинулась.
Фропом смотрел на нее.
Звезда слегка подмигивала и медленно двигалась по небу, постепенно
становясь ярче. Фропом загадал желание: "Стань счастливым предзнаменованием,
знаком, что она любит меня!". Может быть, это звезда на счастье. Раньше он
не был суеверным, но любовь странно действует на растительные сердца.
Если бы он только мог быть уверен в ней, подумал он, глядя на медленно
падающую звезду. Он не был нетерпелив, он с удовольствием подождал бы, если
б только знал, что она полюбит его. Его терзала неопределенность, надежды
сменяли опасения и опасения -- надежды, и это было так мучительно...
Он поглядел на пасунов с почти отеческой привязанностью. Они бродили
вокруг него в поисках клочка несъеденной травы, чтобы утолить голод, или
куста-сортирника, чтоб справить в него нужду.
Бедные, наивные существа ! И однако, в чем-то счастливые -- их жизнь
проходила в еде и сне, в их низколобых маленьких головках не было места для
любовной тоски, а в их мохнатых грудных клетках -- для разбитой капиллярной
системы.
Ах, как бы он хотел иметь простое, мускульное сердце!
Он вновь взглянул на небо...
ресурс Оскар Уайлд (Oscar Wilde)