 |
трывков, основан на происшествиях, менее обычных на Востоке в настоящее время, чем прежде, - может быть потому, что дамы стали теперь более осмотрительны, чем в старину, или же потому..
bsp; Preface A flat, barren mountaintop on the western slopes of the Sierra Madre in central Mexico was the setting for my final ..
Притом она отнюдь не была мужеподобна. Она была очень хороша собой, красива и до крайности женственна. Семьями мы не дружили. Возможно, она не нравилась моему отцу, хотя помнить я этого не помню...
Смотрите также:
Александр Аникст. Оскар Уайльд и его драматургия
Оскар Уайльд - ''принц парадоксов''
К юбилею Уайльда в Лондоне был открыт памятник писателю. 30 ноября 2000
Константин Бальмонт. Поэзия Оскара Уайльда
Жизнь и творчество Оскара Уайльда
Взгляды О. Уайльда на искусство
Эстетическая теория Оскара Уайльда и ее воплощение в романе «Портрет Дориана Грея»
Идеи Ницще в романе Оскара Уайльда Портрет Дориана Грея
«Саломея» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 24) Также вы можете получить: |
Тем временем:
...
Задняя нога была сломана в двух местах, вокруг нее висела грязная тряпка. Я
вынул носовой платок и сделал, по мере возможности, перевязку.
На следующее утро мы поехали в город, но повернули обратно через два
дня, промокнув до костей от непрекращавшегося дождя. Мы продрогли, и у нас
зуб на зуб не попадал в этом промозглом холоде. Старый осел не выходил у
меня из головы все время; я отправился в парк прямо на своей кобыле, не дав
ей отдохнуть в конюшне. Осел все еще стоял на старом месте; он поднял
голову, когда увидел меня. Я спешился, подошел к нему и стал его гладить,
ласково приговаривая. Это мне было очень тяжело, потому что от него исходило
страшное зловоние; я прикусил себе губы, чтобы подавить тошноту. Я
наклонился и поднял его больную ногу: она была поражена гангреной, мясо
разложилось и издавало зловоние, гораздо более невыносимое, чем...
Этого я рассказывать не буду. Довольно, если я скажу, что я это
выдержал, и я знаю, чего мне это стоило. Старый осел смотрел мне в глаза, и
я понял, о чем он меня просит. Я вынул браунинг и нарвал пригоршню травы:
"Ешь", - сказал я ему. Однако бедное животное не могло уже больше есть. Оно
только смотрело на меня. Я приставил револьвер ему за ухо и спустил курок.
Выстрела не раздалось. Еще и еще раз, но выстрела не было. Револьвер давал
осечку, отсырел и заржавел в мокром кармане. Я обнял голову осла и обещал
ему снова прийти. Он посмотрел на меня большими измученными глазами, в
которых был написан страх: "Но придешь ли ты? Наверное ли придешь?"
Я вскочил в седло и хлестнул свою кобылу. В эту минуту с ветвей
ближайших деревьев снялись коршуны, сторожившие момент, когда их жертва
свалится, чтобы наброситься на нее, - они не ждут, чтобы она издохла. А
между тем они терпеливо ждут целые дни напролет и не теряют из виду больного
животного, пока оно наконец не свалится.
Животное падает, потом опять встает, дрожит перед тем ужасом, который
его ожидает, и снова падает; о, оно хорошо знает свою участь...
ресурс Оскар Уайлд (Oscar Wilde)
